Отдел I. Англосаксонский период

266. Законы варваров. Есть дата, которая является основопола­гающей в истории английского права, как и в истории самой Англии и Европы, — это 1066 год, когда Англия была завоевана нормандцами.

Период, предшествовавший этой дате, в Англии называют перио­дом англосаксонского права'. Римское господство, хотя оно и дли­лось в Англии четыре столетия — от императора Клавдия до начала V века, — оставило в Англии не больший след, чем кельтский пери­од во Франции или иберийский период в Испании. Для историков ан­глийского права история права начинается с эпохи, когда римское господство прекратилось и различные племена германского проис­хождения — саксы, англы, юты, датчане — возобладали в Англии. Именно в Отдел I. Англосаксонский период эту эпоху Англия была обращена в христианство миссией святого Августина Кентерберийского (596 г.).

Право англосаксонской эпохи малоизвестно[123]. После обращения в христианство законы составлялись так же, как и в континентальной Европе, с тем лишь отличием, что писались они не на латыни, а на англосаксонском языке. Как и другие варварские законы, они регу­лировали только очень ограниченные аспекты тех общественных отношений, на которые распространяется современная концепция пра­ва. Законы Этельберта, составленные около 600 года, включают все­го 90 коротких фраз. Законы датского короля Канута (1017 - 1035 гг.), составленные четырьмя веками позже, гораздо более разработаны и знаменуют уже переход от эры общинно-племенной к феодализму. Персональный принцип Отдел I. Англосаксонский период уступает место, как и во Франции, террито­риальному, но действующее право остается сугубо местным, хотя страна и была подчинена единому суверену. До нормандского заво­евания не было права, общего для всей Англии. Поэтому использование термина «англосаксонский» для обозначения английского или американского права встречает нарекания вне Европейско­го континента и кажется там абсурдным.

Отдел II. Становление общего права (1066 —1485 гг.)

Нормандское завоевание (1066 г.). Само по себе нормандс­кое завоевание не изменило существовавшего положения. Вильгельм Завоеватель (как неудачно его называют) претендовал на господство в Англии на основании наследственных титулов, а не в силу права за­воевателя Он специально заявил о Отдел I. Англосаксонский период сохранении действия англосак­сонского права, и мы увидим, что до наших дней английские юристы и судьи в ряде случаев упоминают и даже применяют тот или иной закон англосаксонской эпохи.

Однако нормандское завоевание — серьезнейшее событие в ис­тории английского права, так как оно принесло в Англию вместе с иностранной оккупацией сильную централизованную власть, богатую опытом административного управления, испытанного в герцогстве Нормандия. С нормандским завоеванием общинно-племенная эпоха кончилась - в Англии установился феодализм.

268. Феодализм в Англии. Английский феодализм очень отлича­ется от феодализма, существовавшего в эту же эпоху во Франции, в Германии или в Италии. Нормандские сеньоры, последовавшие за Вильгельмом Отдел I. Англосаксонский период в Англию, очутились в побежденной стране, которой они не знали, а нравы и население которой презирали. Они почув­ствовали необходимость сгруппироваться вокруг своего господина, чтобы защитить свои завоевания и свою собственность. Завоеватель сумел избежать опасности, которую представляли для него слишком мощные вассалы- при распределении земель, которые он раздавал своим соратникам, он не создал ни одного крупного феода, и поэто­му ни один «барон» не мог соперничать с ним. В 1290 году был при­нят закон («Quia emptores»), по которому только король мог жаловать земли, что еще раз подтвердило прямую зависимость феодалов от ко­роля. Дух организации и дисциплины выразился в создании в 1086 году Отдел I. Англосаксонский период «Книги страшного суда», в которую было занесено 15 тысяч помес­тий (manors) и 200 тысяч дворов, существовавших тоща в Англии. Дух военной организованности и дисциплины, характерный, в отли­чие от Европейского континента, для английского феодализма, отра­зился и на развитии общего права.



269.Определение общегоправа. Что же это такое — общее право, называвшееся comune ley на нормандском жаргоне, который с цар­ства Эдуарда I (1272 — 1307 гг.) до XVII века был разговорным язы­ком для юристов Англии, тогда как письменностью, как и в остальной Европе, была латынь[124]. Comune ley, или общее право, в противовес местным обычаям — это право, общее для всей Англии Отдел I. Англосаксонский период. В 1066 году оно еще не существовало. Собрание свободных людей, s называемое Судом графства (County Court), и его подразделение Суд ! сотни (Hundred Court) осуществляли в тот период правосудие на ос-: нове местных обычаев в условиях строжайшего формализма и ис-| пользуя способы доказательств, которые вряд ли можно назвать ра­циональными. После завоевания суды графств и суды сотен были постепенно заменены феодальной юрисдикцией нового типа (суды баронов, мэнорские суды и т.п.), которые судили также на основе обычного права сугубо локального характера. В сфере действия цер­ковной юрисдикции, созданной после завоевания, применялось кано­ническое право, общее для всего христианства. Общее право — пра­во английское Отдел I. Англосаксонский период и общее для всей Англии — было создано |' исключительно королевскими судами, называвшимися обычно Вест­минстерскими — по месту, где они заседали начиная с XIII века.

270. Компетенция королевских судов. После нормандского заво­евания королевские суды в Англии не имели универсальной компе­тенции. Споры передавались, как правило, в различные перечислен­ные ранее суды. Король осуществлял только «высший суд». Он вмешивался в споры в исключительных случаях: если существовала угроза миру в королевстве или если обстоятельства дела были тако­вы, что его нельзя было разрешить в обычном порядке. Суд, где ко­роль решал дела с помощью своих приближенных (Curia regis), — это, по существу, суд Отдел I. Англосаксонский период особо знатных людей и особо крупных дел, а не обычный суд, доступный каждому.

В рамках Курии в XIII веке сложились автономные образования, в том числе наделенные судебной компетенцией комиссии с посто­янным местопребыванием в Вестминстере. Компетенция этих судов была ограничена, они должны были считаться с сеньорами, которые хотели быть хозяевами у себя дома и вовсе не выражали готовности подчиняться судебным вердиктам. Вмешательство королевской влас­ти в дела сеньоров и их подданных казалось сеньорам невозможным и противоречащим естественному порядку вещей, подобно тому как в наше время собственники считают меры государственного вмешательства или национализацию противоречащими священному, по их мнению, праву собственности. Королевские Отдел I. Англосаксонский период суды, наконец, не могли даже осуществлять правосудие в качестве апелляционной инстанции по всем спорам, возникающим в королевстве. Вмешательство этих судов ограничивалось главным образом тремя категориями дел: де­лами, затрагивающими королевские финансы[125], делами, касающими­ся земельной собственности и недвижимости[126], тяжкими уголовными преступлениями, затрагивающими мир в королевстве. В судебных ор­ганах (Суде казначейства. Суде общегражданских исков и Суде коро­левской скамьи) сначала рассматривались только определенные дела из указанных трех категорий, но вскоре это разделение компетенции отпало и каждый из трех королевских судов Вестминстера мог рас­сматривать все дела, подпадающие под королевскую юрисдикцию.

Все остальные дела, кроме упомянутых трех категорий, по-пре Отдел I. Англосаксонский период­жнему разрешались вне королевской юрисдикции Судом графства или Судом сотни, феодальными и церковными судами, а позднее в соответствующих случаях и различными коммерческими судами, ко­торым право отправлять правосудие было предоставлено в связи с проведением различных ярмарок и торгов и которые применяли меж­дународное торговое право — Lex mercatoria, или Ley merchant.

271. Расширение компетенции королевских судов. Канцлер и королевские судьи были заинтересованы в том, чтобы увеличить упо­мянутый список предписаний, учитывая доходы, которые они полу­чали за рассмотрение дел. С другой стороны, король стремился укре­пить свою власть и расширить свои судебные полномочия в государстве.

К расширению компетенции королевские суды толкало и Отдел I. Англосаксонский период все воз­растающее число обращений к ней частных лиц, ставивших королев­скую юрисдикцию выше всякой другой. Ведь только королевские суды могли реально обеспечить явку свидетелей в суд и исполнение вынесенных решений. И только король и церковь могли обязать сво­их подданных принести присягу. Это давало королевским судам воз­можность модернизировать судебную процедуру, доверив решение спора жюри[127], в то время как другие судебные инстанции были обре­чены использовать архаическую систему доказательств. В силу всех этих причин королевские суды расширяли свою юрисдикцию и в конце средних веков стали единственным органом правосудия. Сеньоральные суды постигла та же участь, что и суды со Отдел I. Англосаксонский период­тни, на долю муниципальных и торговых судов осталось немного ма­лозначительных дел, а церковные суды рассматривали лишь споры, связанные со святостью брака или дисциплинарными проступками священнослужителей.

272.Способ обращения в королевские суды. Вплоть до XIX века королевские суды, однако, не стали тем, что во Франции назы­вают «судами общей юрисдикции». Теоретически до 1875 года они обладали исключительной юрисдикцией. Частные лица не имели права обращаться в эту судебную инстанцию. Они должны были просить о предоставлении им такой привилегии, что королевская власть делала лишь при наличии достаточных оснований.

Обычно тот, кто просил о такой привилегии, обращался к канцлеру — высшему должностному Отдел I. Англосаксонский период лицу Короны — и просил о выдаче Предписания (writ) суду рассмотреть дело при условии оплаты канцлеру судебных издержек. Кроме того, можно было обратиться с жалобой (querela, billa) прямо в суд. Некоторые предписания были простым отражением судебной практики, основанной на жалобах[128].

Получить предписание канцлера или прямое согласие суда принять дело к рассмотрению было не так просто. Королевская власть в XIII веке была не столь либеральна, чтобы канцлер легко мог сам вы­дать предписание или судьи могли согласиться рассматривать дело в любом случае.

Долгое время этому предшествовал тщательный учет обстоя­тельств дела, и перечень случаев, когда выдавались предписания, расширялся очень медленно. Их насчитывалось всего 56, когда Отдел I. Англосаксонский период в 1227 году составили их первый список для судей, и 76 — в 1832 году, когда была проведена большая судебная реформа.

Однако расширение компетенции королевских судов не связано только с увеличением перечня оснований исков. Оно не находится так­же и в прямой зависимости от закона, именуемого Вторым Вестминстерским статутом (1285 г.), который уполномочил канцлера выдавать предписания «в случае подобия» (in cjnsimili casu), то есть тоща, когда ситуация была весьма сходна со служившей основанием для выдачи предписания. Для расширения компетенции королевских судов была ис­пользована другая техника. Истец в специальном предварительном до­кументе — декларации детально излагал фактические обстоятельства дела и просил королевских судей, учтя эти Отдел I. Англосаксонский период факты, принять спор к рассмотрению. Эти новые иски, при которых суды сами признавали свою компетенцию, получили название исков super casum. Co временем круг данных исков расширился и они получили разные специальные названия в зависимости от фактических обстоятельств, обусловивших их судебное рассмотрение: иск о возмещении вреда вследствие неис­полнения обязательств, иск о прекращении незаконного владения и т.д.

273.Судебная защита предшествует праву. Процессуальные формы в королевских судах в Вестминстере варьировались в зависи­мости от вида иска. Каждому из них соответствовала определенная процедура, определявшая последовательность процессуальных актов, представительство сторон, порядок представления доказательств, способ исполнения решений. Было бы фатальной ошибкой имено Отдел I. Англосаксонский период­вать истца и ответчика в каком-то процессе так же, как это установ­лено для процедуры, но по искам иных видов. Для рассмотрения од­них видов исков требовалось жюри, для других оно было не нужно, но допускалось такое доказательство, как присяга (иск отклонялся, если определенное число «свидетелей» под присягой заявляли, что ответчик заслуживает доверия). При одних исках дело могло быть ре­шено в отсутствие ответчика, а при других — нет. Все эти различия сохранялись и тогда, когда дело рассматривалось на основании иска in consimili casu, поскольку в каждом конкретном случае применя­лась процедура, принятая для сходного иска, подпадающего Отдел I. Англосаксонский период под пе­речень предписаний. Наиболее часто использовалась процедура, ус­тановленная для иска о правонарушении (trespass)[129].

Естественно, что при этих условиях первенствующая роль оказа­лась отведенной процессу. На континенте юристы уделяли основное внимание установлению прав и обязанностей субъектов (норм мате­риального права). Английские юристы были сосредоточены на во­просах процедуры.

Средства судебной защиты предшествуют праву: процедура пре­жде всего. С самого начала общее право сводилось к определенному числу процессуальных форм (видов исков), в рамках которых можно было получить решение, но никогда нельзя было точно знать заранее, каким оно будет. Основная проблема состояла в том, чтобы королев­ский суд принял дело к рассмотрению, а Отдел I. Англосаксонский период затем уже довел его до кон­ца сквозь дебри формализованной процедуры. Каково будет реше­ние? На этот вопрос нельзя было дать сколько-нибудь точный ответ. Общее право лишь медленно и постепенно шло к выработке норм, определяющих права и обязанности каждого.

274. Современное значение исторических факторов. Условия, в которых формировалось общее право, представляют не только чисто теоретический интерес. По меньшей мере в четырех аспектах они в течение длительного времени сказывались на английском праве, в котором еще и сегодня можно обнаружить их влияние. Исторические факторы привели, во-первых, к тому, что английские юристы сосре­доточивали свое внимание на процессе Отдел I. Англосаксонский период. Во-вторых, они определили многие категории английского права, повлияли на его понятийный фонд. В-третьих, благодаря этим факторам английское право не зна­ет деления на публичное и частное. И в-четвертых, они воспрепят­ствовали рецепции категорий и понятий римского права. Рассмотрим более подробно все эти четыре аспекта.

275.Внимание на процессе. До XIX века для английских юристов важно было не думать о том, какое решение, по их мнению справедли­вое, должно быть вынесено по делу, а сконцентрировать свое внима­ние на различных процессуальных, в высшей степени формализован­ных действиях по конкретным видам исков. Все эти процессуальные действия вели к одной цели Отдел I. Англосаксонский период, а именно сформулировать те вопросы, ко­торые будут поставлены перед жюри. Не следует забывать, что еще в 1856 году все иски в судах общего права рассматривались с участием жюри. Таким образом, развитие английского права отразило глубокое и преобладающее влияние процессуальных факторов. Английское пра­во можно было упорядочивать и развивать только в рамках процессу­альных форм, предоставленных королевскими судами в распоряжение тяжущихся сторон. Это право, по формуле Г.Мэна, «заключено в уз­кое русло процесса»[130]. Оно— конгломерат процессуальных форм, при­званных обеспечить решение споров, количество и виды которых все более увеличивались. Излагая английское право и его принципы, ав­тор ХП века Глэнвилл Отдел I. Англосаксонский период (1187 — 1189 гг.), а затем автор XIII века Брэктон (1250 г.) описали последовательно (на латыни) предписания, пос­редством которых можно было обратиться в Вестминстерские суды. Юридические хроники, написанные по-французски и известные под названием Ежегодников[131], знакомят нас с английским правом периода 1290 — 1536 годов, концентрируя свое внимание на процедуре и часто забывая сообщить о решении, принятом по существу спора.

276. Примеры из договорного права. Для иллюстрации изложен­ного рассмотрим историю договорного права[132]. В XIII веке, то есть в то время, когда был принят Второй Вестминстерский статут, догово­ры подпадали под юрисдикцию и церковную, и муниципальную, и торговую. Вестминстерские суды не рассматривали таких дел, за ис­ключением Отдел I. Англосаксонский период двух случаев, которые, по правде говоря, были скорее связаны с правом собственности. Глэнвилл в конце XII века просто-напросто объявил: «Частные соглашения, как правило, не охраняют­ся судами нашего короля». Не было никаких предписаний, никакой процедуры, касающихся договоров, на основании которых можно было бы обратиться в королевский суд. Как же выйти из положения?

Сначала в некоторых случаях прибегали к понятию собственнос­ти. Наниматель, займополучатель, хранитель, перевозчик оказыва­лись в сфере судебной компетенции не в силу взятых ими на себя обязательств, а по тому фактическому обстоятельству, что они без до­лжных оснований удерживают у себя вещь, принадлежащую другому лицу. Для Отдел I. Англосаксонский период этой ситуации существовал особый иск (writ of detinue). В других случаях обязанность выполнить обещанное обосновывалась формой взятого обязательства. Имелся иск о возврате долга (writ of debt), возможный при наличии формального документа абстрактного характера, из которого явствовало лишь, что данное лицо является должником. При этом не интересовались, стоит ли за этой долговой распиской реальное соглашение.

Однако оба названных иска не покрывали все встречающиеся си­туации, а предусмотренная ими процедура была неудовлетворитель­ной. Поэтому юристы искали другие пути более широкого охвата дого­ворного права. И такое средство они нашли в конце концов в иске, именуемом trespass. Это иск о правонарушении Отдел I. Англосаксонский период деликтного характера, имевший в виду противоправное посягательство на личность, землю или имущество истца. Все это не имеет ничего общего с договором. Однако тяжущиеся старались убедить суд, что при некоторых обстоя­тельствах, когда взятое лицом обязательство не было исполнено, мож­но рассматривать это таким образом, как будто имел место деликт.

Королевские суды постепенно восприняли этот подход. Сначала они применяли его тогда, когда одна из сторон при исполнении дого­вора совершила действие, причинившее ущерб персоне или имуществу своего контрагента (misfeasance). Однако прошло более века, пре­жде чем наряду с делами такого рода суды стали рассматриватьи'случаи, когда взявший на себя обязательство по Отдел I. Англосаксонский период договору явно не исполняет его (неисполнение обязательств — non-feasance). В дальней­шем под сферу действия иска подпадали и те случаи, когда заключа­лось особое соглашение об исполнении обязательств (assupsit —t принятие на себя). Важной победой явилось решение 1602 года, ко­торое установило, что такого рода соглашение подразумевается само собой, когда имеется обязательственное отношение. Потребовалось еще много времени и усилий, прежде чем иск assumpsit, возникший из деликтного иска, освободился от правил, связанных с его деликтным происхождением, как-то: недопустимость уступки требованию, необходимость установить строго определенным способом сумму ущерба, причиненного неисполнением, и др.

277. Категории и понятия английского права. Формы Отдел I. Англосаксонский период исков были ликвидированы более ста лет назад, а нормы и категории ан­глийского права до сих пор в ряде случаев несут на себе отпечаток тех препятствий, которые благодаря процессуальным формам проти­востояли рациональному развитию институтов. «Мы ликвидировали формы иска, — сказал известный специалист по истории английско­го права Мэтланд, — но они правят нами из своих могил». И это действительно так. Вернемся снова к договорному праву и обратим внимание на то обстоятельство, что общее право не знало дру­гих санкций за неисполнение договорных обязательств, кроме возме­щения ущерба, поскольку иск «о принятии на себя», возникший, как мы говорили, на базе деликтного Отдел I. Англосаксонский период иска, мог привести только к возме­щению ущерба. Кроме того, английское понятие договора включает, с точки зрения английских юристов, только те договоры, которые до се­редины XIX века защищались иском «о принятии на себя»: оно не ох­ватывает ни так называемые безвозмездные договоры, ни договоры, на­правленные на реституцию вещи, собственником которой оставался истец (хранения, ссуды, перевозки, то есть когда истец передал вещь другому), ни отдельные виды соглашений, которые английское право рассматривает как «доверительную собственность» (trust).

В сфере внедоговорной ответственности (Law of torts) влияние про­шлого еще сильнее. Английское право не знает общего принципа, кото­рый связывает деликтную ответственность с виной Отдел I. Англосаксонский период. Оно оперирует от­дельными видами гражданских правонарушений, как-то: нарушение владения, зловредность, клевета и т.д. Некоторые из этих видов соответ­ствуют древним предписаниям, другие — более позднего происхожде­ния. Самое же главное — в том, что английские юристы с большим тру­дом освобождаются от привычки мыслить формулами старых процедур. Общий принцип деликтной ответственности воспринимается с большим трудом, пробивая себе дорогу в виде специального деликта (negligence). причем наряду с этим принципом сохраняется определенное количест­во особых регламентации внедоговорных правонарушений.

278. Исчезновение частного права. Суды, для которых существо­вал единственный интерес — интерес королевства и Короны, — по­лучили в Англии самую полную Отдел I. Англосаксонский период юрисдикцию. Суды, рассматривав­шие споры частного права, исчезли, а вместе с ними исчезло в Англии и само понятие частного права. Все тяжбы, подсудные коро­левской юстиции, рассматривались в стране как своеобразные споры публично-правового характера.

Публичный аспект в английском праве проявлялся и в специфи­ческой технике предписаний, по которым обращались с иском в коро­левский суд. Предписание представляло собой не просто разрешение действовать, данное истцу. С технической стороны оно являлось как бы приказом короля своим чиновникам предложить ответчику не на­рушать права и удовлетворить требование истца. Если ответчик отка­зывался повиноваться, истец предъявлял к нему иск. Этот иск рассмат­ривался королевским судом Отдел I. Англосаксонский период не столько потому, что ответчик возражал против притязаний истца, сколько в связи с его неповиновением при­казу властей. Английский судебный процесс — публичное право, а не частное. Он напоминает рассмотрение спора об отмене админист­ративного акта во французском праве. Речь идет о том, с достаточным ли основанием был выдан административный акт (предписание), исхо­дящий из королевской канцелярии, должен ли быть поддержан приказ, который эта канцелярия дала ответчику. В отличие от спора об отмене административного акта по французскому праву, по английскому праву дело возбуждает не тот, кому административный акт наносит ущерб, а тот, кто получил этот акт и хочет реализовать его Отдел I. Англосаксонский период, вчинив иск.

279. Невозможность восприятия римского права. В континен­тальной Европе традиционно сложившиеся суды, в отличие от Англии, сохранились, хотя и подпадали под все большую зависимость от коро­левской власти. Призванные рассматривать все споры, они никогда не считали свою компетенцию ограниченной лишь определенными вида­ми дел, каждый из которых требовал своей особой процессуальной формы. Свободные от такого рода ограничений суды могли без особых затруднений модернизировать процедуру рассмотрения дел, следуя ка­ноническому праву и его модели письменного процесса. Обладая об­щей компетенцией, суды могли постоянно обращаться к проблеме справедливости и руководствоваться в этой связи римским правом.

Иной была ситуация Отдел I. Англосаксонский период в Англии. Вестминстерские суды были суда­ми исключительной компетенции, причем для каждого вида подведом­ственных им дел существовала особая процедураих рассмотрения.

Строгость процедуры общего права, необходимость укладываться в традиционные рамки — вот основные причины, помешавшие рецеп­ции римского права в Англии и в ту эпоху, когда Вестминстерские суды, неограниченно расширив свою компетенцию, должны были час­то решать споры, возникающие из отношений частного права в его чистом виде. Процессуальные формы, со многих точек зрения архаич­ные, типично английские, обязывали в каждом случае подогнать под них, как бы «натурализовать» положения, которые можно было поза­имствовать из римского или канонического права. Сложность и техни­цизм Отдел I. Англосаксонский период этих форм были таковы, что изучить их можно было только в практике применения. Университетское образование, основанное на римском праве, могло помочь увидеть справедливое решение спора, но оно не помогало выиграть процесс. Юристы и судьи Англии до наших дней воспитываются главным образом практикой; в отличие от стран континентальной Европы, от них не требовалось университетское об­разование, и вплоть до XX века редко можно было встретить адвоката или юриста с таким образованием. Для того, чтобы стать барристером, сегодня нужен диплом, но не обязательно юридический.

Отдел III. Соперничество с правом справедливости (1485 —1832 гг.)

280.Склероз общего права. Выработанное в строгой зависимос­ти от Отдел I. Англосаксонский период формальной процедуры, общее право было подвержено в силу этого двойной опасности: с одной стороны, оно могло не успевать в своем развитии за потребностями эпохи, а с другой — ему угрожали консерватизм и рутина судейского сословия. После своего блистательного расцвета в XIII веке общее право не избежало ни той, ни другой опасности. Оно оказалось перед риском образования новой правовой системы-соперницы, которая по истечении некоторого вре­мени могла даже заменить собой общее право, подобно тому как в Риме античное гражданское право в классическую эпоху оказалось перед лицом его подмены преторским правом. Соперник, о котором идет речь, — это право справедливости (Law of Equity Отдел I. Англосаксонский период).

Ограниченная компетенция королевской юрисдикции могла еще быть терпима, когда наряду с судами общего права существовали дру­гие суды, способные решать дела в тех случаях, когда этого нельзя было сделать средствами общего права. Упадок, а затем исчезновение всех этих других судов вызвали необходимость поисков новых кор­ректив, призванных восполнить пробелы общего права.

281. Обращение к королевской власти. Естественно, что в тех случаях, когда ограниченная компетенция Вестминстерских судов де-(лала невозможным рассмотрение или разрешение спора, разочаро­ванная сторона приходила к мысли, что у нее остается еще одна воз­можность добиться справедливости: обратиться непосредственно к королю — источнику всех справедливостей и Отдел I. Англосаксонский период милостей. Королевские суды не занимались такого рода делами, но разве король не мог вос­полнить недостатки деятельности своих судов? Обращение к королю в средневековом мышлении — вещь вполне естественная, и королев­ские суды вначале вовсе не возражали, когда стороны при необходи­мости прибегали к этому средству. В конечном счете сами королевс­кие суды тоже были обязаны своим развитием именно этому принципу (обращение к королю, чтобы добиться справедливости).

Следовательно, начиная с XIV века частные лица, не имея возмож­ности добиться решения в королевских судах или в случае недовольст­ва решением, вынесенным по их делу, обращались к королю и проси­ли его из Отдел I. Англосаксонский период милости вмешаться, «чтобы оказать милосердие по совести и по существу». Такое обращение обычно проходило через лорда-кан­цлера, являвшегося исповедником короля и обязанного поэтому руко­водить его совестью. Если лорд-канцлер считал целесообразным, он пе­редавал жалобу королю, и тот ставил ее на рассмотрение в своем совете.

Это обращение к прерогативе короля, имевшее первоначально под собой прочную основу и допускавшееся без возражений, пока оно носило исключительный характер, не преминуло, однако, пов­лечь за собой конфликт, как только оно приняло общий характер и превратилось в обычное обжалование решений судов или даже в спо­соб полностью или частично обойти королевские суды Отдел I. Англосаксонский период.

Именно это и произошло в результате войны Алой и Белой Розы, которая затруднила королю возможность принимать решения в сове­те. Лорд-канцлер в XV веке становится все более и более автоном­ным судьей, единолично решающим дела от имени короля и совета, делегировавших ему полномочия. С другой стороны, и тяжущиеся все чаще и чаще просят вмешательства лорда-канцлера из-за тех препятствий, которые процедура и рутина судей создали для нормального развития общего права.

Решения, первоначально принимавшиеся с учетом «справедли­вости в данном случае», стали систематически выноситься на основе применения доктрин «справедливости», представляющих собой до­бавления или коррективы к «правовым» принципам, применяемым Отдел I. Англосаксонский период королевскими судами.

282. Право справедливости при Тюдорах. Абсолютизм Тюдоров в XVI веке был основан на широком использовании королевской прерогативы. В области уголовного права знаменитая «звездная пала­та» представляла собой серьезную угрозу для свободы подданных, хотя вначале она была призвана лишь установить порядок после гражданской войны.

В области гражданских отношений юрисдикция справедливости лорда-канцлера, основанная также на королевской прерогативе, получи­ла весьма широкое распространение. После 1529 года канцлер не был' более ни духовником, ни исповедником короля. Он все чаще выступал как юрист и рассматривал жалобы, адресованные ему, как настоящий судья, но применял при этом письменную процедуру, заимствованную из канонического права и полностью Отдел I. Англосаксонский период отличавшуюся от процедуры судов общего права. Принципы, применяемые лордом-канцлером, также в значительной степени были заимствованы, по существу, из римского права и из канонического права; реципированные принципы гораздо больше, чем многие устаревающие нормы общего права, удовлетворяли чувство социального интереса и справедливости эпохи Возрождения. Заботясь о правосудии и справедливом его отправлении, правители Анг­лии отдавали в тот период предпочтение юрисдикции лорда-канцлера.

Соображения политического порядка также способствовали это­му. Используемые канцлером римское право и каноническое право, не знавшие института присяжных, больше нравились правителям, чем общее право с его публичной и гласной процедурой. Правителям казалась предпочтительнее письменная тайная и Отдел I. Англосаксонский период инквизиционная' процедура лорда-канцлера. Господствовало также мнение, что римс­кое право с его формулой «правитель изъят из действия закона» со­ответствует духу и установкам королевского абсолютизма. Могло, на­конец, казаться более простым выработать совершенно новую систему права и отправления правосудия, чем осуществлять реформы общего права, ставшие к тому времени необходимыми. Таким обра­зом, в XVI веке в результате деятельности лорда-канцлера и упадка общего права английское право чуть было не попало в семью право­вых систем Европейского континента[133].

Возникла серьезная угроза, что стороны не станут обращаться в суды общего права и эти суды полностью исчезнут, так же как три века назад Отдел I. Англосаксонский период исчезли суды сотен в результате того, что Вестминстерские суды предложили заинтересованным лицам более совершенные правовые формы.

283. Компромисс между общим правом и правом справедливости (1616 г.). То, что ничего подобного в конце концов не произошло, | объясняется различными причинами. Вероятно, сказались противоречия между судами и королевской властью. Суды общего права нашли союзника в лице парламента, который объединился с ними в борьбе против королевского абсолютизма. Плохая организация суда лорда-канцлера, его сложность и продажность также были использо­ваны противниками. Революция, которая могла бы вернуть Англию в семью романских правовых систем, не произошла. В результате был|достигнут компромисс: остались существовать при определенном Отдел I. Англосаксонский период равновесии сил и суды общего права, и суд лорда-канцлера.

Этот компромисс не вытекал ни из закона, ни из какого-либо формального решения, принятого королевской властью или судьями. Напротив, при решении в 1616 году очень острого конфликта1, кото­рый столкнул суды общего права, представленные главным судьей Коком, лидером либеральной парламентской оппозиции, и юрисдик­цию лорда-канцлера, король Яков I высказался в пользу канцлерско­го суда. Ситуация, однако, была очень сложной, и канцлеры оказа­лись достаточно умными, чтобы не злоупотреблять своей победой. Они не хотели еще сильнее озлобить парламент, который к тому вре­мени был больше заинтересован в прекращении деятельности другой прерогативы короля — «звездной Отдел I. Англосаксонский период палаты», — чем в ликвидации пра­ва справедливости. Что же касается этого права, то состоялось следу­ющее молчаливое соглашение на базе status quo: юрисдикция лорда-канцлера продолжает существовать, но она не должна расширяться за счет судов общего права: канцлерский суд будет осуществлять юрис­дикцию в соответствии с прецедентами права справедливости, сняв тем самым упрек в произвольном решении дел. Кроме того, было ре­шено, что король не должен больше использовать свою судебную власть для создания новых судов, независимых от судов общего пра­ва. Вместе с тем менялась сама природа права справедливости. Лорд-канцлер как лицо политическое и судья не претендовал Отдел I. Англосаксонский период более на суд по законам морали и превращался все более и более в юриста2. С 1621 года был разрешен контроль палаты лордов за решениями суда


' Эффективность исполнения решения суда лорда-канцлера обеспечива­лась арестом нарушителя или наложением секвестра на его имущество. Суды общего права заявили, что они будут считать действовавшим в условиях за­конной обороны того, кто воспротивится этим мерам, даже если он убьет чи­новника, на которого канцлер возложил исполнение. Подробнее см. Beaute Adde. Un grand jurist anglais Sir Edouard Coke (1552—1634). Ses idees politi-ques et constitutionnelles. 1975.

2 См. Yale D.E.C. Lord Nottingham's Manual of Chancery Practice Отдел I. Англосаксонский период and Prole­gomena of Chancery and Equity, 1965. Во вступлении к своей книге автор гово­рит о тех изменениях, которые претерпело право справедливости в XVII веке.


и канцлера. Суды общего права в этих новых условиях склонны были допускать вмешательство канцлера, если оно могло быть основано на прецеденте.

284. Дуалистическая структура английского права. По всем этим причинам английское право сохранило и до наших дней двой­ственную структуру. Наряду с нормами общего права, сложившимися в ходе деятельности Вестминстерских королевских судов, называю­щихся также судами общего права, английское право включает и нор­мы права справедливости, вносящие дополнения или поправки в нор­мы общего права Отдел I. Англосаксонский период.

Характерно» что до 1875 года нормы справедливости применялись только специальным судом — судом канцлера. Однако со временем эти нормы стали столь же строгими и столь же «юридическими», как и нормы общего права. Различия между ними стерлись. Английское право справедливости сначала представляло собой справедливость в том виде, как ее могли понимать в XV или XVI веке, и в той мере, в какой в эту эпоху лорд-канцлер мог придать ей эффективность.

Английские суды в наши дни весьма холодно относятся ко всем намекам на то, что они должны следовать примеру лорда-канцлера XV и XVI веков или же развивать новые концепции справедливости. Право справедливости Отдел I. Англосаксонский период трактуется ими как совокупность норм, кото­рые исторически были призваны корректировать английское право, но представляют сегодня его неотъемлемую часть. Причины, которые в то время оправдывали деятельность лорда-канцлера, ныне не су­ществуют. Парламент всегда готов вмешаться, если право в этом нуж­дается. Безопасность юридических отношений и приоритет права оказались бы под угрозой, если под предлогом справедливости судьи стали бы ставить под сомнение установленные нормы права. Англий­ские судьи четко продемонстрировали в весьма ясных формулиров­ках свою решимость не вставать на этот путь'.

285. Поглощение общим правом торгового права. XIII век, эпо­ха формирования общего права, и XVI век, эпоха развития права Отдел I. Англосаксонский период справедливости, — вот те рубежи, когда вырисовываются характер­ные черты структуры английского права. В XVII веке, после наступ­ления права справедливости на общее право, и в XVIII веке английс­кое право развивается вполне гармонично, без видимых конфликтов. Однако во второй половине XVIII века надо отметить одно очень су­щественное событие: поглощение торгового права общим правом. До этого времени торговое право рассматривалось в Англии как инород­ное тело, как право, международное по своей природе, применение которого распространялось только на купцов. Однако особая торго-


' Чтобы избежать двусмысленного толкования, в Англии ныне употреб­ляют понятие «equity» в понимании справедливости, распространенном Отдел I. Англосаксонский период на континенте. В этом последнем случае используют понятия «justice», «fair­ness», «good conscience».


вая юрисдикция прежних времен утратила с годами свой автономный характер. Эта эволюция в полной мере завершилась во второй по­ловине XVIII века, когда в Англии произошла унификация того, что мы называем гражданским правом, и торгового права; последнее было интегрировано общим правом, институты торгового права пере-' стали быть привилегией класса коммерсантов.

| 286. Доктрина и сборники судебной практики. Наиболее приме-| нательные работы изучаемого нами периода — это труд Литлтона о | владении, написанный в конце XV века, и труд Кока «Институты ан-|глийского права», опубликованный в 1628 — 1642 годах. Очень инте-| ресны также работа Отдел I. Англосаксонский период Фортескью «В похвалу законам Англии» («De La-I'udibus Legum Angliae», 1470 г.) и диалоги между привержен-| цем римского права и приверженцем общего права, опубликованные в | 1523 —1532 годах Сен-Жерменом под названием «Профессор и студент». 1 Кроме того, очень важны для изучения общего права сборники | судебных решений (reports), заменившие старинные Ежегодники су­дебной практики, издание которых прекратилось в 1535 году. Эти [ сборники, излагавшие важнейшие приговоры и решения, и сегодня | еще представляют практический интерес; они были переизданы с ', прекрасными таблицами в очень солидной серии English Reports.

I В классическом труде Блэкстона «Комментарий к праву Англии» | описывается английское право второй половины XVIII века, то есть |той Отдел I. Англосаксонский период эпохи, когда общее право находилось в апогее. Комментарий Блэкстона (1765 — 1769 гг.), неоднократно переиздававшийся, мож­но сравнить с трудами Потье во Франции. Влияние Комментария было довольно значительно в Англии и во всех странах английского языка, так как он устанавливал рамки английского права и облегчал, например для Соединенных Штатов Америки, распространение и ре­цепцию этого права.


documentarltlsz.html
documentarlttdh.html
documentarluanp.html
documentarluhxx.html
documentarlupif.html
Документ Отдел I. Англосаксонский период